«Заклятый враг»: какой вирус вызовет следующую пандемию

Эбола, малярия, вирус Зика — о вспышках этих болезней мы слышим в новостях, но не переживаем сильно, пока очаги находятся где-то далеко — в Южной Америке или Субэкваториальной Африке. Из-за отсутствия интереса к развитым странам фармацевтические компании не готовы инвестировать в дорогостоящую разработку вакцин против этих заболеваний. Однако вирусы эволюционируют, и со временем их заразность может расти, а способ передачи — меняться. Все это создает условия для будущей смертоносной пандемии, к которой мир окажется совершенно не готов.

Кто автор?

Американский эпидемиолог Майкл Остерхолм написал эту книгу в соавторстве с non-fiction писателем Марком Олшейкером. Долгие годы Остерхолм расследовал вспышки инфекций, работая в Центре контроля над заболеваниями, а с ноября 2021 года вошел в Консультативный совет по COVID-19 при Президенте США. Авторы начали работу над книгой во время пандемии лихорадки Эбола в Западной Африке в 2014–2016 годах, а завершили во время вспышки лихорадки Зика, перекинувшейся с островов Тихого океана на Северную и Южную Америку.

О чем книга?

Американский Центр контроля над заболеваниями стоит за обнаружением таких заболеваний как ВИЧ-инфекция, синдром токсического шока у женщин, а также десятка менее известных локальных инфекционных вспышек в США. Часть работы специалистов протекает «в полях», в изучении причин заболеваний и возможных способов заражения. Другая часть — это профилактика и борьба с наиболее опасными для населения болезнями. Рассказывая о смертельных инфекциях, авторы сфокусировались на четырех основных угрозах человечеству и возможных способах противодействия им.

Угроза пандемии

Первый приоритет отдается противодействию инфекциям с пандемическим потенциалом. Раз в несколько лет появляется новый пандемический штамм гриппа, который постепенно мутирует и потом несколько лет циркулирует по всему миру в качестве сезонного заболевания. Задача специалистов — предсказать штамм будущего сезона и способствовать выпуску подходящей вакцины. Кроме гриппа таким потенциалом обладает и коронавирус. Во время пандемии COVID-19 решения приходилось принимать «с колес», на практике оценивать результативность и постоянно корректировать их. Если в случае с гриппом было известно, что закрытие школ и университетов снижает темпы роста заболеваемости, то с коронавирусом эта мера оказалась не столь эффективна.

Заболевания с высокой смертностью, например, лихорадка Эбола, не обладают пандемическим потенциалом из-за не самой высокой контагиозности. По счастью, они обычно не передаются самым заразным путем — воздушно-капельным. Но способ заражения может меняться: подобное уже происходит с вирусом Зика. Долгое время считалось, что его единственный путь передачи — через укусы зараженных комаров, но в последние годы появились свидетельства, что вирус мутировал и начал передаваться половым путем.

Региональные и эндемические болезни

Благодаря жестким карантинным мерам распространение лихорадки Эбола, атипичной пневмонии и ближневосточного респираторного синдрома (MERS) были сдержаны в пределах регионов их возникновения. Однако о полном искоренении этих болезней речи пока не идет. Во время последней крупной вспышки Эболы в Гвинее, Сьерра-Леоне и Либерии, было зафиксировано более 28,6 тыс. случаев заболевания, почти 40% из них закончились смертью. Такие всплески заболеваемости наносят не только прямой урон. Из-за закрытых границ снижается возможность заработка для сезонных рабочих, пропадает урожай, а отсутствие во время вспышки доступа к медицинской помощи приводит к росту смертности от ВИЧ, туберкулеза и малярии.

Некоторые региональные инфекции — малярия, лихорадка Денге, лихорадка Западного Нила — переносятся комарами. Существует ряд мер сдерживания этих трансмиссивных заболеваний, например, опрыскивание химикатами территорий, на которых комары разводят потомство, или подсадка в популяцию генномодифицированных или стерилизованных особей. Пока ни одна из этих мер не увенчалась громким успехом. Тем временем комары рода Aedes, переносчики многих трансмиссивных заболеваний, в частности, желтой лихорадки, вернулись в западное полушарие, откуда их с большим триумфом изгнали к 1970-м годам с помощью масштабной обработки дустом. Если после очередной вспышки желтой лихорадки в Анголе или Конго зараженный человек прилетит в Центральную или Южную Америку, это чревато новой эпидемией, к которой не готова ни одна система здравоохранения в регионе.

Биотерроризм и утечки вирусов

Утечка вируса из лаборатории — не сюжет научно-популярного фильма, а вполне реальная ситуация. Так, 50 лет назад в мире циркулировал только один штамм гриппа одномоментно. Однако в 1977 году советские ученые, экспериментируя с вакцинами против одной из ослабленных версий «испанки», допустили утечку среди служащих лаборатории. Штамм мгновенно распространился по территории Сибири и Дальнего Востока, а затем и всего мира.

С развитием генной инженерии становится возможным воссоздание вируса в лабораториях злоумышленников и террористов. Печально известная атака 2001 года со спорами сибирской язвы, обрушенная на американские медиакомпании и правительственные учреждения, привела к заражению 22 человек, пятеро из которых погибли. Преступником оказался исследователь в области биозащиты, страдавший психическим расстройством.

Отсутствие лекарств

Больше всего опасений у авторов вызывает развитие микробной резистентности. С каждым годом увеличивается число штаммов инфекций, которые не поддаются лечению имеющимися лекарствами. В США, по данным ЦКЗ, каждый год порядка 2 млн человек заражаются устойчивыми к антибиотиками бактериями, из них 23 тыс. умирают. В некоторых штатах до 40% штаммов стрептококка, вызывающего пневмонию, не лечится пенициллином.

По прогнозам специалистов, в ближайшие 35 лет во всем мире резистентность к противомикробным препаратам может привести к гибели 300 млн человек. Причин у развития устойчивости к лекарствам много: от необоснованного применения антибиотиков для лечения вирусных заболеваний, в том числе ОРВИ и гриппа, до бесконтрольного использования антибактериальных препаратов в сельском хозяйстве.

Разработка нового класса антибактериальных препаратов — дорогостоящий и чрезвычайно длительный процесс, и для фармацевтических компаний эта работа имеет умеренный коммерческий интерес. Эти лекарства будут использоваться в особых случаях, им придется конкурировать со старыми и очень дешевыми дженериками, а чтобы они сохраняли эффективность, их применение следует ограничивать, а не поощрять. Экономическая заинтересованность фармацевтических компаний в разработке новых вакцин тоже невысока. К примеру, пять ведущих лекарственных препаратов в мире — для лечения аутоимунных заболеваний, гепатита С и диабета — приносят $49 млрд. Для сравнения: суммарный объем продаж пяти крупнейших мировых производителей вакцин составил $23,4 млрд.

Цитаты

«Два высокоразвитых города-государства, столкнувшиеся с эпидемией COVID-19 на ранних стадиях ее развития, попытались отреагировать на нее как можно быстрее и эффективнее. Гонконг закрыл школы. Сингапур — нет. Как оказалось, разницы в темпах распространения инфекции практически нет».

«Если нынешняя тенденция не изменится, антимикробная резистентность может стать самым свирепым убийцей, оставив далеко позади сердечно-сосудистые и онкологические заболевания. Каждый год от МРЗС (метициллин-резистентного золотистого стафилококка, которым часто заражаются в больницах) людей гибнет больше, чем от СПИДа».

Зачем читать книгу?

Чтобы расширить картину мира и узнать о наиболее распространенных инфекционных заболеваниях последних лет: от ВИЧ до вируса Зика. А самой полезной может оказаться глава, посвященная микробной резистентности. По мнению авторов, каждый из нас может сделать свой вклад в коллективную безопасность. Самое простое — это отказаться от приема антибиотиков «на всякий случай» и сократить свое пребывание в медицинских учреждениях, если риск внутрибольничных инфекций превышает потенциальную пользу.