«Пытаясь проснуться». Заменит ли нейросеть писателей

Кто авторы?

Со стороны человечества в коллаборации принял участие Павел Пепперштейн, русский художник и писатель, который считается основателем и признанным мастером психоделического реализма. Это направление отличается тем, что общая форма произведения и канва остаются вполне традиционными, но наполняются, по выражению автора, галлюциногенным содержанием.

Соавтором Пепперштейна стала нейросеть ruGPT-3 — русский алгоритм обработки естественного языка, созданный разработчиками «Сбера» на базе Generative Pre-trained Transformer 3, нейросети, созданной некоммерческим проектом OpenAI для работы с текстом или кодом. Подавляющее количество материалов (90%), использованных для обучения ruGPT-3, были на русском языке. Нейросеть имеет 1,3 млрд параметров и считалась наиболее объемной и сложной русскоязычной моделью на момент публикации открытого доступа к ее API в 2021 году.

Чем примечательна книга?

Эксперименты с применением нейросетей в творческих задачах продолжаются не первое десятилетие. И если в музыке уже есть вполне убедительные результаты, то с литературой ситуация сложнее. Нейросеть способна построить любопытные метафоры и выстроить вполне афористичные высказывания. Однако при создании более объемного текста всплывают те же ограничения, которые выявляет тест Тьюринга. Машина блестяще отвечает на каждый последующий вопрос, но теряет нить разговора в целом. Так же и в литературе: отдельные любопытные куски не складываются в единый сюжет.

То, что соавтором нейросети стал именно Пепперштейн, дает дополнительные очки машине. Писатель подошел к задаче коллаборации с ИИ вполне в духе своей философии. Не только машина обучалась на материалах писателя, но и он, в свою очередь, пытался написать часть рассказов так, чтобы они походили на созданные ИИ.

Впечатления

В названии сборника рассказов — отсылка к фильму Вернера Херцога «Сердце из стекла». В нем все герои — под гипнозом, и само состояние делает их похожими, с «одинаково увлажненными лицами и расширенными зрачками». По словам Павла Пепперштейна, у него возникло ощущение, что нейросеть также находится в состоянии морока и в ней подспудно зреет желание проснуться.

Для большинства рассказов действительно характерно ощущение иллюзорности, что мы испытываем во сне, когда разные объекты и символы перемешиваются самым неожиданным образом, а события развиваются без единого сюжета. Особняком стоят «обратные» сказки, где авторство человека явственно именно за счет нарративной цельности. В «Репке», «Новом платье королевы», сказке о Шалтае-Болтае действуют знакомые нам герои и сюжеты, однако какие-то сюрреалистические элементы кардинально меняют их смысл.

Цитата

«И вдруг Шалтай-Болтай свалился со стены. Свалился во сне? Возможно, свалился во сне, но был ли это сон? Или глубокий делирий, галлюцинаторный транс, летаргия, или же бездонное медитативное погружение? Паника нынешних дней нарушила его глубокое погружение, и он вывалился из транса в реальность. Но в реальности он разбился. Может быть, «разбился» не совсем правильное слово. Его расплющила реальность. Его расплющило реально».

Зачем читать?

Книгу было бы правильнее считать не чисто литературным экспериментом, а произведением современного концептуального искусства. Существует точка зрения, что основная задача современного искусства — ломать стереотипы, взаимодействуя с читателем, и стимулировать его на выход за привычные рамки. В этом смысле неожиданные метафоры и галлюциногенное содержимое рассказов — идеальный способ почувствовать это влияние на себе. Кроме того, «Пытаясь проснуться» отлично демонстрирует, на что способна современная нейросеть в плане работы с текстом.